Музыкальный клуб Льва Комова

Заглянули
Заглянули
любителей джаза

TERRA BRAZILIS: И СНИТСЯ НАМ НЕ РОКОТ САМБОДРОМА! (первая джазово-«мыльная» бразильская опера российской сборки)

TERRA BRAZILIS: И СНИТСЯ НАМ НЕ РОКОТ САМБОДРОМА! (первая джазово-«мыльная» бразильская опера российской сборки)

Вообще-то Бразилия — страна шумная. Хочешь проверить — окунись в карнавальное варево, посиди на футбольном матче, потрепи океан за его седую бороду, когда свеж ветер.

     Самбодром (порт. Sambódromo) — улица в Рио-де-Жанейро, специально оборудованная для проведения карнавальных марафонов и прочих шумных вечеринок-парадов. Длина самбодрома — 700 метров. По обеим сторонам улицы построены трибуны. На них буйствуют туристы и местные болельщики, общая численность которых может достигать 60 — 70 тысяч! Традиционный бразильский карнавал привлекает зрителей тем, что четыре ночи подряд с девяти вечера и до рассвета под оглушительный грохот барабанов и песни по главной улице самбодрома проходят 3 — 4 тысячи феерически наряженных, а вернее, причудливо раздетых танцовщиц, разящих наповал своими формами и количеством закачанного в них силикона.

 

   
Карнавальная голь на выдумки необычайно хитра!

 

Таким с вершины горы Корковаду (Corcovado) видит притихший Рио исполинский
Христос-Искупитель (
CristoRedentor).
Высота самой статуи — 38 м.
Регулярно не реже пяти раз в год
в ее макушку попадают молнии.

 

     А ведь где-то в той же самой Бразилии на другом ее полюсе звука тихо, словно в песочных часах, струится из ладони в ладонь сухой пляжный песок. Где-то в глубине остывающих улиц кто-то легонько пощипывает гитару, и юная красотка, держа на ладошке телефон и чуть заметно улыбаясь, розовым ноготком настукивает что-то на мерцающей клавиатуре. Словно по звездам в ночном небе — стук-стук.

     Конечно, логичнее было бы начать наши слушания не с коротенькой песни бразильской поп-певицы Маргарет МЕНЕЗЕС (род. в 1963 году в Рио-де-Жанейро), а шарахнуть из главного калибра — какой-нибудь нетленкой самого известного латинамериканского композитора Антонио Карлуша Жобима (Antonio Carlos JOBIM).

     Но во-первых, песенка, согласитесь, хороша! Во-вторых, малоизвестная в наших краях Менезес на той стороне земного шара своими самба-фанком и самба-регги добилась действительно высоких творческих показателей. По крайней мере, читатели американского музыкального издания Billboard включили ее в десятку самых известных иностранных исполнителей! Не знаю, о чем это свидетельствует, о силе таланта бразильянки или о широте кругозора аудитории журнала, но как по мне, то ничего прелестнее этой скромной песенки в длиннющей дискографии Менезес нет.

 

     Простота и популярность беримбау вдохновили бразильских архитекторов
и строителей на возведение в Рио телевизионной экобашни в виде народного инструмента. На месте тыквы-кабасы
в воздухе висит пятиэтажная сфера
с ресторанами, магазинами и телестудиями.
При строительстве башни ее создатели использовали только экологичные
материалы из утилизированных отходов, которые в случае демонтажа сооружения могут быть переработаны и использованы еще раз!

     И все-таки главное в Chegara Bahia другое! В ней звучит голос «артиста», не менее популярного в Бразилии, чем даже сам Жобим. Это голос беримбау, национального бразильского инструмента, который в лаконичности своей перещеголял не только русскую балалайку и китайский хуцинь с их тремя и двумя струнами. Беримбау гордо являет миру всего одну струну! Правда, есть еще палка, на которую эту сруну натягивают, и кабаса — облагороженная сушеная тыква, которая служит резонатором. Звук извлекают специальной палкой бакетой, а то и просто камнем. Не рояль, конечно. Зато под экзотические звуки беримбау, то шуршащие, то зудящие, то активно пульсирующие, бразильские уличные бойцы вот уже два века подряд оттачивают приемы национальной борьбы — капоэйры (capoeira).

     Босоногие мускулистые юноши в свободных белых штанах (не тех ли самых, о которых на самом деле мечтал Остап Бендер?!), раскачивая, роняя, подбрасывая над уличной мостовой или песком Копакабаны свои голые торсы, делают вид, что стараются отвесить друг другу оплеуху. Ноги бойцов свищут высоко в воздухе, молниеносной дугой подсекают соперника у самой земли. Головы подныривают под летящие увесистые пятки оппонента. Нарастает темп, а с ним и опасность… Однако каким-то образом столкновений ударных частей тела с маячащей напротив целью не происходит. Пострадавших в таких уличных спектаклях практически не бывает. Со стороны эти схватки похожи на хорошо отрепетированные парные акробатические номера для туристов. Автор этих строк, вдохновившись легкостью кружения бразильских капоэйристов, попытался провести с ними бесконтактный товарищеский спарринг. Однако уже через пару минут задышал как загнанная лошадь, был условно бит и согласился на ничью.

     В России капоэйра развивается скорее как спортивная хореография. А вот бразильские бойцы рассказывали мне, что нередко применяли свои навыки на практике как эффективное оружие против сразу нескольких обидчиков и даже ножей из знаменитой бразильской стали!

     Но что нож?! Встречаются такие капоэйристы, которые с голой пяткой и на винтовку бросаются! Посмотрите фрагменты фильма Besouro («Жук»). Прототипом главного героя здесь стал бразильский мастер капоэйры, борец за права чернокожих Мануэль Перерейра, больше известный в народе как Жук. В начале прошлого века, примерно в те же годы, что и Котовский на Украине, Жук и действует, как Котовский. Поджигает плантации богатеев, выручает из беды крестьян, воюет за идею и любовь. Однако орудует он не только шашкой и пулеметом, но и своими хорошо заточенными под классовую борьбу конечностями.

     Во втором ролике сермяжной бразильской правды куда больше. Да, так все и выглядит: становятся кружком и подбадривают дерущихся криками, хлопками и звуками беримбау.

 

     Впрочем, если для одних верное оружие — собственная мозолистая пятка и замысловатый кульбит, то другим для эффективной и убедительной победы достаточно бикини и банки пива.

 

     И все же ключевой фигурой современной латиноамериканской музыки, тем бразильским Данко, который вырвал из своего сердца лучшие самбы и боссы и подарил их людям, был и остается потрясающий мелодист, композитор, аранжировщик, пианист, гитарист и певец Антонио Карлуш Жобим! В середине прошлого века он волшебным образом обозначил место встречи джаза и национальной музыки, разжег с одной спички гигантский интерес музыкантов и слушателей всего мира к этим незамысловатым на первый взгляд мелодиям.

     Том (так его звали дома — Том. Под таким артистическим псевдонимом он позже выступал и записывал пластинки), этот будущий бразильский Гершвин, родился 25 января 1927 года в Рио-де-Жанейро.Уселся за рояль он довольно поздно, лишь в четырнадцать лет. Однако уже через пятнадцать лет, в 1956-м, сумел всколыхнуть местные музыкальный и театральный миры, написав вместе с бразильским дипломатом и поэтом Виникушем де Мораешем музыку к пьесе «Орфей из Консейшау». Позже по ее мотивам Марсель Камю снял фильм «Черный Орфей» (Black Orpheus). Жобиму с Мораешем было предложено дописать к картине несколько оригинальных песен. Интересно, что Мораеш к тому времени трудился на дипломатической ниве в Уругвае, а Жобим по-прежнему творил в Бразилии. И вот общаясь друг с другом лишь по телефону, соавторы быстренько написали три ключевые песни!

     В 1959-м «Орфей» удостоился «Золотой пальмовой ветви» в Каннах, а в 1960-м — как лучший зарубежный фильм «Оскара»!

     О Жобиме не только заговорили. О нем закричали и затрубили. О нем засаксофонили! К нему ринулись заскучавшие было джазмены из США. Музыканты и продюсеры первого эшелона! С одним из них, выдающимся тенор-саксофонистом Стеном ГЕТЦЕМ, в 1964 году Жобим записал Альбом-На-Все-Времена — Getz/Gilberto. Пластинку тут же отметили статуэткой «Грэмми», а негромкая песенка Girl From Ipanema, спетая молодой певицей Аструд Жильберту, стала Хитом-На-Все-Времена!

 

Знаменитые пластинки Мораеша, Жобима и Гетца. На фото в центре: Стен Гетц, Банана, Жобим, продюсер Крид Тэйлор, Жоау и Аструд Жилберту в студии во время записи альбома Getz/Gilbertu (1964).
 

 

     Надо заметить, что именно пластинки Гетца, записанные в начале 60-х с лучшими бразильскими музыкантами — Чарли Бердом, ЛауриндойАлмейдой, Луишем Бонфой, Аструд и Жоау Жильберту, — стали, да и до сих пор остаются, главным рекламными плакатами латиноамериканского джаза.

     В начале 60-х мир просто накрыло бразильской музыкой! Она стала легкой и желанной пищей для ушей, идеальным материалом для радиоротаций, приятным обрамлением для вечеринок. Меломаны всех стран, уставшие от головоломного бопа, под который ни потанцевать, ни поговорить, сметали с прилавков пластинки с записями «бразильского джаза».

     С легкой руки Гетца к свежим, экзотическим темам потянулись и другие серьезные джазмены. На полях латины оставили свои заметки Хэнк Мобли и Айк Квебек, Дэйв Брубек и Пол Дезмонд, Кэннонболл Эддерли и Джо Хендерсон!

   

     Но и сама родина латиномании не осталась в долгу! Ее славные сыновья — те же Берд и Альмейда, Баден Пауэлл и Эду Лобо, Мария Бетанья и Токиньо — выпекали, на радость звукозаписывающим гигантам, музыкальные бестселлеры один за одним, один за одним.

     Думаю, секрет этого феноменального успеха заключался в счастливом союзе симпатичной мелодии, довольно простого ритма и щадящей импровизации, если и уводящей слушателя, то совсем недалеко от основной музыкальной темы. Ну и опять же, сколько в латиноамериканской музыке страсти и сколько в ней меланхолии, этих приливов и отливов человеческого существования! Этих китов, на которых утвердились на веки вечные три гигантских бразильских черепахи — Музыка, Футбол и Сериалы.

 

 

Антонио Карлуш Жобим похоронен
в Рио-де-Жанейро на кладбище Св. Иоанна Крестителя.

 

     Ну а что же наш классик Жобим? Еще задолго до того, как умереть в 1994 году от сердечного приступа, он абсолютно заслуженно снискал славу одного из самых выдающихся композиторов двадцатого столетия. Наследие его поистине общечеловеческое достояние. Ни один сборник латиноамериканской музыки не обходится сегодня — да и ранее не обходился! — без музыки этого композитора. А уж сколько записано так модных теперь дуэтов! Например, с Фрэнком Синатрой, со Стингом, с джазовым гитаристом Петом Метини. Пет и Стинг исполняют с автором одну и ту же композицию, но все равно послушайте! Все песни великолепны!

 

 

 

«Чтобы нейтрализовать Пеле, любая футбольная команда должна располагать как минимум тремя защитниками: один пытается отобрать мяч, другой подстраховывает первого, а третий отправляется доставать мяч из сетки ворот».

Арапуа, бразильский юморист

Трехкратный чемпион мира по футболу, легендарный Эдсон Арантисду Насименту, более известный как Пеле, исполняет свой коронный «велосипед».    

 

     Так получилось: о бразильском футболе автор этих густых строк сначала прочел и только потом увидел и оценил. (Хотя сомневаюсь, что, посмотрев игру бразильской сборной на ЧМ-2014, у меня возникло бы желание прочесть о ней целую книжку!)

     И все-таки вначале было слово. Слово советского спортивного обозревателя Игоря Фесуненко. Точнее, его малоформатная книга «Пеле. Гарринча. Футбол». Большой дефицит по советским временам! (Вот, полистайте! http://bookz.ru/authors/igor_-fesunenko/pele-ga_723/1-pele-ga_723.html)

     «…Говорят, что для того, чтобы понять душу бразильца, нужно увидеть его в тот момент, когда в сетку футбольных ворот влетает мяч. Правая сторона архибанкады взрывается смерчем восторга. Новые пакеты рисовой пудры взвиваются над торсидой, новые ракеты, новые петарды грохочут с такой интенсивностью, как будто их завозили на архибанкаду на многотонных грузовиках.А левая сторона стадиона безмолвствует, охваченная горем… На трибуне прессы «красно-черные» и «трехцветные» не разделены барьерами и полицейскими кордонами. Справа от меня сидит, закрыв лицо руками, корреспондент «Жорнал до Бразил» — болельщик «(Фла)Менго», чуть выше страдает его товарищ по несчастью драматург Диас Гомес. Слева бушует группа «трехцветных»: они размахивают флажками и поют гимн «Флуминенсе». Среди них, недовольно озираясь, строчит что-то в блокнот спортивный редактор «Ултимаора» Жасинто де Тормес: еще вчера он в одной из своих «хроник» возмущался тем, что на трибуне прессы слишком много посторонних! Действительно, здесь можно увидеть кого угодно: отставных депутатов и артисток ночных кабаков, содержанок и генеральских сынков, жокеев с ипподрома и королей подпольной лотереи, чиновников губернаторской канцелярии и героев сентиментальных теленовелл…

 
В былые годы великий Пеле рекламировал у нас плохонький растворимый кофе Pele. Сегодня о великом футболисте вспомнили
в связи с тем, что его сын, футбольный тренер, получил 33 года тюрьмы
за отмывание денег, заработанных на торговле наркотиками.

 
 

     А матч продолжается. И какой матч! «Менго» не возьмешь голыми руками! «Менго» не сдается без боя. «Красно-черные» идут в атаку, и левая сторона архибанкады оживает, заглушая дружным свистом скандируемый «трехцветными» призыв: «Еще гол! Еще гол!» Сжавшись в комок, сидит Зе да Силва. Он молится истерично и требовательно: «Господи! Сделай так, чтобы Домингес успокоился, а этот проклятый Лула сломал себе ногу! Господи! Пусть Гальярдо промахнется, а наш Дионизио выйдет один на один. Я знаю, Дионизио забьет, только помоги ему, Господи, освободи его от этого бандита, преступника Гальярдо! Сделай так, чтобы Гальярдо оступился. Господи, ты слышишь меня? Если ты сделаешь это, я поставлю большую свечу и буду ползти на коленях от ворот «Мараканы» до платформы поезда!…

     Честное слово, я не знаю другой страны, где бы люди так увлекались футболом! А ведь я побывал в 62 странах…»

     А следующий ниже отрывок из книги Фесуненко, думаю, лучше всего озвучить пьесой опять же бразильского перкуссиониста Наны Васконселоса Futebol. Потому что частенько в Бразилии на трибунах «Мараканы» трагедия сидит в обнимку с комедией, отхлебывая пиво из одной банки и шепча ей прямо в ухо: «Oh How I Want To Love You». Точь-в-точь как название пьесы флейтиста Хэрби Мэнна.

 

     «Страсть бразильцев к футболу трудно даже сравнить с чем бы то ни было. Вероятно, только в Бразилии возможен такой случай, как тот, что произошел в провинциальном городке Итауна в штате Минас-Жерайс. Префект Итауны объявил посредине недели выходной день: закрылись конторы, лавки и колледжи, замерла жизнь, и все это для того, чтобы население города в полном составе смогло присутствовать на тренировке (а не на матче даже!) приехавшей в городок команды «Атлетико» из столицы штата.

     Сердобольный начальник полиции Итауны предоставил по этому случаю краткосрочное увольнение всем заключенным городской тюрьмы, которые дружным строем отправились на стадион, а затем, преисполненные благодарности, возвратились в свои камеры».

     …Вот что творилось в Бразилии в день первого матча бразильцев, который они, как известно, выиграли у болгар со счетом 2:0. Я позволю себе ограничиться протокольным цитированием газет.

«Вчерашнее заседание палаты депутатов было прервано за пятнадцать минут до начала матча в Лондоне. Депутаты ушли слушать репортаж».
 
«Наш матч с Болгарией парализовал Военное министерство. Штатские и военные чиновники слушали репортаж…»
 
«Когда Пеле забил свой первый гол, восторги и крики служащих президентского дворца были столь бурными, что в кабинете президента упала на пол статуя…»
 

«Никто из прихожан церкви в Пампулье не удивился, когда падре Фелисберто де Алмейда сообщил:
— Первый тайм окончился со счетом 1:0 в нашу пользу. Помолимся Господу за благополучный исход второго тайма…»

 

     Газеты сообщали, что в одном только Рио-де-Жанейро во время этого победного матча было зарегистрировано четыре несчастных случая: женщина, переходившая дорогу с транзистором у уха, попала под машину; девочка девяти лет упала в обморок и поранила голову; рыбак, отмечая гол Пеле, выстрелил из пистолета и нечаянно застрелил своего товарища, а некий болельщик после финального свистка судьи пришел в такой восторг, что стал биться головой об стену и разбил себе череп.

     Так что кто бы там чего ни говорил, а самый успешный бразильский сериал — это футбол!

 

«Изауру» в СССР показывали сразу по четырем (!!!!)
центральным каналам.

 
Вместе с оковами рабства «Рабыня Изаура» (Луселия Сантуш) отбросила
и атавизмы целомудрия, снявшись обнаженной
для журнала «Плэйбой».

 

     И как же тут не вспомнить знаменитую «Рабыню Изауру»?! Первый появившийся в Советском Союзе бразильский телесериал, который в одночасье ввел в обиход обладателей шести дачных соток поначалу экзотическое, а затем такое родное слово «фазенда»!

     Сериал вышел на экраны громадной тогда еще страны в октябре 1988-го. Оригинальная бразильская версия состояла из ста серий, но для удобства советского зрителя картину перемонтировали. Сделали 15 серий по 60 минут.

     Улицы советских городов во время показа «Изауры» буквально вымирали. Главной темой дамских разговоров стала она, честная, несчастная и угнетенная девушка. Точно такая же, как тысячи и тысячи советских женщин той поры. И не осталось в стране сцены, с которой не спародировали бы главных героев этой «мыльной оперы». Соперничать в популярности с «Изаурой» могли только избранные — телепсихотерапевты, «заряжающий» с экрана воду Чумак и заводящий «будильнички» в мочевых пузырях сограждан Кашпировский!

     Потом были «Богатые», которые тоже плачут. Была «Просто Мария». Но «Рабыня Изаура» навечно останется в памяти перестроечного поколения!

     Так почему бы нам не вспомнить, что даже непревзойденный тенор-саксофонист Стен Гетц вместе с Аструд и Жоау Жилберту сочинили и записали в 1989 году одноименную пьесу Izaura!?

 

   
Badi ASSAD   Marcio FARACO
 
 
   
Egberto GISMONTI   Yo-Yo Ma
 
 

     Я тут вот еще о чем вдруг вспомнил. Тенор-саксофонист Джон КОЛТРЕЙН, как известно, был большим любителем индивидуально и всласть поимпровизировать. Ничего удивительного: натура творческая, ищущая. Да чего там! Гений. Начнет солировать, у кого рука поднимется остановить? А внутренний цензор то заслушается до потери контроля над временем и местом, то задремлет под кайфом… Частенько такие длиннющие, минут на десять — двадцать «активные отрешения» Трейна ставили в тупик партнеров по ансамблю или режиссеров студий звукозаписи.

     — Что делать? Как остановиться, если музыкальная мысль и бьёт, и бьёт, и бьёт ключом? — с таким вопросом подошел один Гений джаза к Гению другому, более опытному — Майлсу Дэвису. — Как остановить то, что приходит свыше?

     — Все проще, чем ты думаешь, парень, — ответил Дэвис. — Просто вынь дудку изо рта.

     Да, вот так вот: «вынь дудку изо рта». Гениально ведь, правда?

     Ну, кто дудку, а кто и беримбау из натруженных рук.

     Послушаем только напоследок записи еще нескольких современных бразильцев — гитаристки и вокалистки Бади Ассад (1), гитариста и вокалиста Марсиу Фараку (2), пианиста, композитора и гитариста Эгберту Жисмонти (3), и великолепного виолончелиста-классика Йо-Йо Ма (4), который, найдя окошко в своем напряженном гастрольном графике, записал прекрасный альбом-посвящение латиноамериканской музыке.

(1)
(2)
(3)

 

     И закроет наш концерт на непродолжительный антракт большой любитель джаза и знаток латиноамериканской музыки из города Куйбышева, что в Новосибирской области, Игорь АНИСИМОВ! Специально для этого бразильского выпуска Jazz-fЁst! он подготовил весьма симпатичную подборку записей настоящих бразильцев. Слушайте на здоровье!

 


 

Искренне ваш, Лев КОМОВ.

Выпускающий редактор — Андрей НЕДОСТУП.

Администратор групп поддержки — Олег ЧИРКАШЕНКО.