Музыкальный клуб Льва Комова

Заглянули
Заглянули
любителей джаза

Золотые червонцы-3: ЛАСКОВЫЙ РОК 80-х

Золотые червонцы-3: ЛАСКОВЫЙ РОК 80-х

С незапамятных времен и со всех сторон музыкальная наша держава омывалась морями-океанами рока. Тяжелые волны бились о скалы Минкульта. Прибой ревел аккордами Deep Purple и AC/DC, вскипал у береговой черты седой шевелюрой Севы Новгородцева, шипел и уползал обратно короткой волной «Голоса Америки». На лица первых советских рокеров оседала лишь прохладная, отдающая сексом, наркотиками и рок-н-роллом звездная пыль. Но кто-то поменял расклад! И береговые укрепления рухнули. Девятым валом и «зеленым» налом смыло дамбы и надолбы. Некоторые музыкальные окраины великого континента — СССР — вообще откололись навсегда. Однако…

     Шторм побушевал и стих. Остались ласковое солнце в лице народного артиста России Стинга, легкий, наполняющий паруса мечты ветерок от Элтона Джона, крепкие весла, выструганные из гитарных грифов U2, безграничная фантазия «квинов» и, конечно же, пожарная сирена рок-н-ролла — самовоспламеняющаяся Тина Тёрнер. Они-то и составили костяк нашей символической сборной по пляжному софт-року.

     Мы слегка укрепили состав англичанами Крисом Ри и Марком Нопфлером (Dire Strates), американцем Брюсом Спрингстином, австралийцем Хатченсом (INXS) и панком-космополитом Билли Айдолом.

     Силу драйва мы удвоили стараниями дуэтов Roxette, Eurythmics и Pet Shop Boys.  Такая вот получилась агитбригада «За рок во всем мире!». Море обаяния и ни капли агрессии. Может быть, поэтому песни тридцатилетней выдержки слышатся нам, обитателям XXI века, как бесспорная классика жанра, как музыкальный рапорт верных наказу Фредди Меркьюри рокеров — шоу продолжается!

 

 

     
     Энни Леннокс и Дэйв Стюарт (Eurythmics), Марк Нопфлер (Dire Strates) вовсе не думали переворачивать мир. И вообще, короткий роман рока и поп-музыки весьма походил на мимолетные отношения Майкла Хатченса (INXS) и поп-звезды Кайли Миноуг: наркотики и рок-н-ролл с одной стороны и миллионные тиражи ее карамельных диско-альбомов — с другой, измена ее бой-френда и грязное предложение Майкла «осмотреть его отельный номер», громкая свадьба и тысячи фотографий в музыкальных журналах, затем еще одна измена — теперь уже Майкла с телезвездой Полой Йетс (на фото справа) , его загадочное самоубийство, ее короткая печаль и знаменитые, еще более популярные дуэты Кайли с другим рокером — Ником Кейвом. Помните, «Уа-а-айлдро-оузе-ез»? И камнем ее, и камнем… И розу ей в зубы! Отомстил за земляка? Да, но рок-то этим не спас. Но интересно только, почему все мужья Кайли были рокерами и все спешили ей изменить?!

 

 

Для того чтобы почувствовать себя птицей, необязательно уметь летать. Достаточно избавиться от сковывающей крылья человечьей одежды
и взобраться на жердочку. Так думали даже Стинг
с Питером Габриэлем!
А вот унисексуальная модель-певица Грэйс Джонс нашла
для себя сучок потолще — знаменитого костолома Дольфа Лундгрена.
Так и воспарила над землей! Полметра, а все ж высота!
   

 

 

   
 
     В 80-е Элтон Джон (фото вверху) расписал свой пиджак «под гжель», хотя в 70-е выглядел как приличный рокер. Фредди Меркьюри в белом обтягивающем трико танцевал томные медляки в лондонских гей-клубах. А вот простые ирландские парни из U2 (внизу слева) в начале творческого пути выглядели как простые парни из Ленинграда (гр. «Телевизор»). 

 

А В ЭТО ВРЕМЯ В СССР...

     
     Злой рок одного за другим отнимает у страны ее руководителей. В 1982-м умирает «дорогой Леонид Ильич», вслед за ним, в 1984-м — его преемник Юрий Андропов, а еще через год — пришедший ему на смену Константин Черненко. «Пятилетку пышных похорон» прерывает будущий «перестройщик» и перекройщик границ СССР Михаил Горбачев…

 

 

РОМАНТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД ГЛАЗАМИ БОРИСА ГРЕБЕНЩИКОВА

      — Надо сказать, что атмосфера в те времена была мало представимой для сегодняшнего слушателя, закаленного «Фабрикой Звезд» и другими банковскими аферами.
Наличие общего пресса под названием Советская Власть делало музыку общим заповедником, где какое-либо соперничество было просто невозможно. Группы обменивались музыкантами, вместе скидывались на максимально дешевый портвейн, и единственное соревнование могло быть по количеству приводов в милицию за играние концертов, почти все из которых были незаконными.
Денег ни у кого не было в принципе; великий и ужасный Тропилло (Андрей Тропилло, один из первых российских музыкальных продюсеров. — Л.К.), например, за пять лет ежедневного и социально опасного труда в своей студии так и не взял ни с кого ни копейки. А сама студия, при этом, находилась в пожухлом Доме Юного Техника, и рокеры прокрадывались туда мимо бабушек-вахтерш, притворяясь юными пионерами. 

   
   
В 83-м в Ленинграде на улице Рубинштейна в доме № 13 прошёл первый фестиваль легендарного рок-клуба. Позже в его зале на 200 мест выступали Олег Гаркуша
из «АукцЫона» (на снимке слева), Константин Кинчев и Виктор Цой (на снимке справа),
а также Петр Мамонов (нижний ряд, слева), Сергей Курехин, Всеволод Гаккель («Поп-механика», «Аквариум», фото в центре), Борис Гребенщиков, Майк Науменко («Аквариум», «Зоопарк»).

 

     
На рок-карте СССР были представлены почти все города страны: «Наутилус Помпилиус» (Свердловск), Александр Башлачев (Череповец), Юрий Шевчук (Уфа), Дмитрий Ревякин (Новосибирск).

 

     
Песни Юрия Лозы, Виктора Салтыкова (на фото с женой Ириной) и бит-квартета «Секрет» были настолько популярны, что невозможно было сказать точно, поп это или рок. 

 

 

Артемий Троицкий —
свидетель, летописец
и самый непосредственный участник рождения
и развития советского рока. Именно он вытащил
в столицу никому тогда
не известного
корреспондента
череповецкой газеты
и рок-барда Сашу Башлачева.

…НО ОСАДОЧЕК ОСТАЛСЯ

     «…Впечатление осталось грустное. Во-первых, утомило тупое фрондерство. Группа за группой, из песни в песню повторяли очень похожие гневные обвинения в адрес гнусных «них» и выражали сочувствие униженным и оскорбленным «нам». Справедливые, конечно, сетования, уместная ирония, но скучновато… Во-вторых, ужасный уровень игры и вообще музыкального мышления. Если в эпоху квартирных концертов и подвальных сейшенов это было терпимо, то теперь резало слух. Явно прошло то время, когда халяву и убогость легко можно было оправдать аргументами типа: «Зато мы поем честно и от всей души…». К тому же, уж если говорить всерьез об оппозиции натренированной эстраде — разве можно конкурировать с ней, обладая арсеналом наивной самодеятельности?.. Красивый тезис о «национальном роке» выродился, по сути, в отчаянный призыв: «Назад в подполье!». Однако мало кто из музыкантов откликнулся на него с энтузиазмом».

Артемий ТРОИЦКИЙ, рок-идеолог и очевидец.

 

А. Башлачев

НА ЖИЗНЬ ПОЭТОВ

Поэты живут. И должны оставаться живыми.
Пусть верит перу жизнь, как истина в черновике.
Поэты в миру оставляют великое имя,
затем, что у всех на уме — у них на языке.
Но им все трудней быть иконой в размере оклада.
Там, где, судя по паспортам, — все по местам.
Дай Бог им пройти семь кругов беспокойного лада,
По чистым листам, где до времени — все по устам.

Поэт умывает слова, возводя их в приметы,
подняв свои полные ведра внимательных глаз.
Несчастная жизнь! Она до смерти любит поэта.
И за семерых отмеряет. И режет. Эх, раз, еще раз!
Как вольно им петь. И дышать полной грудью на ладан...
Святая вода на пустом киселе неживой.
Не плачьте, когда семь кругов беспокойного лада
Пойдут по воде над прекрасной шальной головой.

Пусть не ко двору эти ангелы чернорабочие.
Прорвется к перу то, что долго рубить и рубить топорам.
Поэты в миру после строк ставят знак кровоточия.
К ним Бог на порог. Но они верно имут свой срам.
Поэты идут до конца. И не смейте кричать им: «Не надо!»
Ведь Бог... Он не врет, разбивая свои зеркала.
И вновь семь кругов беспокойного, звонкого лада
глядят Ему в рот, разбегаясь калибром ствола.

Шатаясь от слез и от счастья смеясь под сурдинку,
свой вечный допрос они снова выводят к кольцу.
В быту тяжелы. Но однако легки на поминках.
Вот тогда и поймем, что цветы им, конечно, к лицу.
Не верьте концу. Но не ждите иного расклада.
А что там было в пути? Метры, рубли...
Неважно, когда семь кругов беспокойного лада
позволят идти, наконец, не касаясь земли.

Ну вот, ты — поэт... Еле-еле душа в черном теле.
Ты принял обет сделать выбор, ломая печать.
Мы можем забыть всех, что пели не так, как умели.
Но тех, кто молчал, давайте не будем прощать.
Не жалко распять, для того чтоб вернуться к Пилату.
Поэта не взять все одно ни тюрьмой, ни сумой.
Короткую жизнь. Семь кругов беспокойного лада
Поэты идут. И уходят от нас на восьмой.

 

БАРБИ-РОК

     Есть такая популярная музыка, которую поп-музыкой в современном понимании, т. е. «попсой», ну никак не назовешь! Ее слушают без угрызений совести и любители рока, и знатоки классики, и даже слушатели молодежных радиостанций. Хотя и не рок это, и не классика…

     Вряд ли кто-то станет спорить о том, что некоторые хиты Стинга, Тины Тернер, Шаде, Майкла Джексона, Принца, Брайана Ферри, Фредди Меркьюри давно заслужили звание вечных ценностей! Вечных и общедоступных. Как египетские пирамиды. А вокруг ценностей и пирамид всегда роятся гиды, попрошайки, торговцы водой и дешевыми сувенирами, фотографы и карманники. Что ж, решили приобщиться к вечному, будьте готовы как к удачным копиям, так и к откровенным подделкам. И музыка  не исключение. «Взять популярное и сделать еще популярнее, добавив тут темп, там — сексуальный шепоток, посыпав блестками и полив карамелью». И песни заходят, словно в кабинет к пластическому хирургу…

     Какими вернутся? Узнаем ли их на выходе?

     Впрочем, встречаются и удачные исключения. В основном в лаунж-секторе поп-музыки. Под них уже не потанцуешь, не взметнешь над головой «козу». Зато можно комфортно пообщаться. Чего нам, без музыки, что ли, беспокойств не хватает? На то и рассчитывают торговцы кавер-версиями знаменитых песен, практически музыкальных святынь.

 

 

— У-у-уффф! Богато получилось! Читайте! Слушайте! Вспоминайте!

 

 

Искренне Ваш, Лев КОМОВ,
г
лавный редактор музыкального интернет-журнала JAZZ-FёST!.

Выпускающий редактор Андрей НЕДОСТУП.

Комиссар по делам завсегдатаев социальных сетей Олег ЧИРКАШЕНКО.