Музыкальный клуб Льва Комова

Заглянули
Заглянули
любителей джаза

ВРУЧИ СЕБЕ ОСКАРА!

ВРУЧИ СЕБЕ ОСКАРА!

     Его волшебным Даром, безграничными техническими возможностями восхищались слушатели, критики, партнеры по сцене. Не стеснялись снимать шляпы и пианисты-классики:
     — Если игру ЛЮБОГО пианиста я могу как-то понять, объяснить, даже скопировать, — признался однажды известный исполнитель, — то Питерсона — НИКОГДА. Всю жизнь меня будет мучить один вопрос: КАК он это делает? Вижу, слышу, но объяснить не могу.
     — Гениальность Оскара Питерсона, — продолжает другой академический музыкант, — в его исключительном, непостижимом импровизационном даре, позволявшем ему творить Искусство в момент исполнения и при этом воплощать свои мысли на клавиатуре с АБСОЛЮТНЫМ совершенством. Записи Питерсона следует изучать в консерватории как пример вечного искусства. 

     Все верно. Но на мой взгляд, если одни в джазе «отвечали» за его развитие, другие — за сохранность его традиций, то Оскар ПИТЕРСОН был душой этой музыки, своим парнем в джазе. Его улыбкой. Может быть, не такой ослепительной, как у Армстронга. Но не менее подкупающей. Он не потрясал устоев, не поворачивал реки джазовой мысли вспять. И как раз этим был бесконечно близок народам, живущим по обе стороны океана. И чтобы это понять, достаточно послушать один лишь фрагмент выступления трио Питерсона, например, вместе с выдающимся джазовым саксофонистом Беном Вебстером.

 

     Свой альбом 1968 года Travellin’ On, записанный «исключительно для своих друзей», мастер начинает довольно традиционно для себя: лихо разгоняет старенький госпел Travellin’ On до скорости бобслейной четверки, чтобы на всем ходу, с брызгами до небес, счастливым визгом спутниц и молодецким посвистом соратников врезаться, проникнуть в самую глубину до-олгой, чу-удной баллады Джонни Мэндела Emily. И там — раствориться… А по прошествии десяти волшебных минут — ровно столько длится баллада — они снова взмоют над поверхностью времени. Только теперь будет звучать знаменитая Corcovado. И Бобби Дёрэм будет взбивать своими щетками музыкальный гоголь-моголь, а Питерсон — вышивать стеклярусом по яркому шелку босса-новы. Все-таки джазовые стандарты в огранке Питерсона становятся настоящими бриллиантами! И только успевай следить за игрой света на гранях этих музыкальных драгоценностей!

 

     Продолжим наши слушания записью 1964 года We Get Requests. Сыгранная опять же в составе трио, необыкновенно теплая, элегантная, сравнительно «негромкая», но полная оптимизма, эта пластинка однажды первой же своей композицией буквально пригвоздила меня к полу какого-то музыкального магазина. Это была любовь с первого звука. С тех пор мы не расстаемся. Десяток прекрасных композиций, среди которых все та же Corcovado, You Look Good To Me, Girl From Ipanema. Ну что еще нужно, чтобы в тесной компании, под бутылочку хорошего вина скоротать мартовский вечерок?

 

     Материал для другой прекрасной пластинки The Oscar Peterson Trioat Zardi’s был записан чуть раньше, в 55-м. Еще не достигший своих заоблачных технических высот, к которым он подберется в 70-х, Питерсон вместе со своими партнерами — прекрасным гитаристом Хербом Эллисом и басистом Рэем Брауном — дают славного «бодрячка». Особый шарм пластинке придает утонченно-нежный звук гитары Эллиса. Все участники трио чувствуют друг друга «спинным мозгом» и подтверждают звание одного из лучших джазовых «гитарных» трио того, да, пожалуй, и этого времени.

 

     Face to Face. 82-й год. Лицом к лицу сходятся равные! Виртуозы Божьей милостью — пианист и трубач (Питерсон и Фрэдди Хаббард). И выдают такое… Первая же композиция — майлс-дэвисовская All Blues — начисто лишает представления о времени. Все 14 минут ее звучания вас будет швырять и переворачивать словно на американских горках. Потрясающий дуэт фортепиано и трубы, обжигающие соло. Кстати, компанию в студии Питерсону и Хаббарду составили замечательные музыканты — Джо Пасс (гитара), Нильс-Хеннинг Педерсен (бас), Мартин Дрю (ударные). Всячески рекомендую! Как рекомендую великолепные записи этого виртуоза с выдающимися джазовыми артистами — скрипачом Стефаном Граппелли (Skol), саксофонистами Беном Вебстером (Ben Meets Oscar) и Стэном Гетцем (Stan Getz & The Oscar Peterson Trio). А ведь есть же еще записи с Луи Армстронгом, с равновеликим лидером и отменным пианистом Каунтом Бэйси (здесь Питерсон играет еще и на электрооргане). Греет, как апрельское солнышко, и его альбом Pastel Moods 1954 года, и Romance, где маэстро поет в стиле одного из своих кумиров — Нэта «Кинга» Коула. 

 

     За свои восемьдесят два Питерсон записал невероятное количество пластинок. Еще больше «наследил» как партнер-сайдмен. Практически все эти пластинки в моей коллекции присутствуют. Однако есть среди них одна заветная, дорогая втройне. Потому что, во-первых, это пластинка Питерсона с записями великолепного композитора Джорджа Гершвина, во-вторых, это оригинальный виниловый альбом издания 1961 года. И в-третьих, на тыльной стороне конверта рукой мастера оставлен размашистый автограф — Оскар Питерсон!
     Другая пластинка — тоже виниловая — попроще. Еще советских времен «мелодиевское» переиздание дуэтной записи Оскара Питерсона и трубача Диззи Гиллеспи. Однако дорожу ею не меньше той, что с автографом. Ведь была куплена эта пластинка еще моей мамой. В нашей крохотной квартирке на четвертом этаже «дома шоферов» вдруг зазвучал рояль Питерсона и труба Диззи! Музыка и по нынешним-то понятиям непростая, а уж в то время… Но именно так и состоялось мое знакомство с настоящим джазом. Застыл ли я, «стрелой пронзенный»? Сомневаюсь. В одно ухо влетело, во второе… почти вылетело. Скорее всего, что-то все-таки осталось. Потому как позже я возвращался к этой записи снова и снова. Частенько слушаю ее и сейчас. 
     Сохранил бы я скачанный мамой файл — имей мы тогда возможность вообще что-то скачивать! — право, не знаю. А вот винил в своем потрепанном конверте, несмотря на все переезды, ремонты и натиски компакт-дисков и флешек, уцелел! Искренне надеюсь, что останется он на добрую память и моим внукам.

 

     Почему я вспомнил об Оскаре Великолепном именно сейчас? Ведь его 90-летний юбилей джазолюбивое человечество станет праздновать только в августе этого года (15.08.1925 — 23.12.2007)… 
     Дело в том, что буквально на днях, 21 февраля 2015 года, из жизни ушел давний и последний соратник Питерсона, прекрасный трубач Кларк ТЕРРИ (14.12.1920 — 21.02.2015). Пожалуй, такой же добряк и остроумец, как и сам Оскар. Вместе они записали не одну пластинку, отыграли не одну сотню концертов. Надеюсь, они встретятся и ТАМ. И то, что нам когда-нибудь покажется звуком труб ангелов, на самом деле будет ночным концертом Питерсона, Терри, а также их славных коллег — Моргана, Гиллеспи, Клиффорда Брауна. 

     Последний фрагмент возвращает нас в 1977 год, на фестивальную сцену швейцарского городка Монтрё. Вместе с Питерсоном и Терри зал раскачивают сильнейшие джазмены — Джо Пасс (гитара), Милт Джексон (вибрафон), Нильс Педерсен (контрабас), Бобби Дёрэм (ударные). Хотя… Ошибется тот, кто скажет, что эти парни играют только для публики! 

     Уход дядюшки Оскара в декабре две тысячи седьмого года мало что поменял. Питерсон остался непревзойденным. Любая из его пластинок сродни той желанной статуэтке, которую почитают за честь подержать в руках лучшие творцы мира. Не поленитесь и Вы! Вручите себе Оскара! 

 

 

 

 

Искренне ваши,
Лев КОМОВ, главный редактор интернет-журнала JAZZ-FЁST!
Андрей НЕДОСТУП, выпускающий редактор,
Олег ЧИРКАШЕНКО, комиссар по делам завсегдатаев социальных сетей.